Сборник проектно-исследовательских работ СДПТ ЦХО МГДД(Ю)Т


 

 

Центр художественного образования

СТУДИЯ ДЕКОРАТИВНО-ПРИКЛАДНОГО ТВОРЧЕСТВА

  «УЗОРЧАТАЯ СКАЗКА» (Московские изразцы)

Исполнитель -Андрейко Лиза

Руководитель – Браславская Д.И.

               Недавно мне довелось побывать на экскурсии в Гжели, где, как известно, издавна развито гончарное ремесло. Меня поразилоразнообразие глиняныхизделий, расписанных в едином стиле,  в единой цветовой гамме (сине-голубой), но в то же время таких непохожих, и по форме, и  по назначению. Мое внимание привлекли многоцветные майоликовые сосуды в музее.

   Мне довелось увидеть интересный процесс изготовления керамики на каждом этапе – от невзрачной заготовки до нарядной, расписанной вещи. Заинтересовавшись этой темой, я узнала о музеях, в которых есть коллекция керамики.

    Вместе с семьей я побывала в музее «Коломенское», где хранится много старинных изделий, в том числе, и изразцов. Они удивили меня своей красочностью, сложными, сказочными рисунками и таинственной красотой. Мне захотелось узнать, как изготавливаются изразцы, как они появились, кто придумывал рисунки для изразцов, какие краски использовались, что ими украшали и, как сохранилось, наше искусство в наше  время, а также, что я могу взять в свой «творческий багаж» для работы над батиком, которым я занимаюсь.
  Цель моей работы  -  изучить развитие гончарного производство в России и, в частности, в Москве – городе, где я живу. А также изучение истории, технологии, художественных особенностей традиционного и современного изразца московского производства, и на основе анализа сходства и различий выбрать направление к созданию текстильной  композиции.

 

   Решение данной темы поставило передо мной следующие задачи:

·         исследование литературы, художественного наследия мастеров изразцового искусства московской школы 15-20 веков;

·         изучение принципов создания прикладного изделия и на основе этого – проектирование декоративного панно на ткани в технике «холодной контурной росписи».

·         Проведение эксперимента по созданию панно.

 

2. История московского изразца

2.1. Обзор и анализ литературных  источников

 

   «В Гончарах живут мужики богаты , гребут золото лопатой», - говорили о жителях Гончарной слободы, расположившейся между Яузой и Москвой-рекой, в районе нынешней Котельнической набережной. И хотя слухи о зажиточности обитателей слободы были явно преувеличены, работы для них всегда хватало.    Первое летописное сообщение о самой Гончарной слободе относится только к 1547 году и связано с большим пожаром. Этот район города был заселен и раньше, но появление в Заяузье гончаров большинство исследователей связывают с началом 15 века.

    Неоднократные находки гончарных горнов в ходе археологических работ на территории Яузкого холма служат главным доказательством существования и процветания слободы. Это было не единственное место в Москве, где работали гончары. При раскопках во всех древнейших частях города находят поливную керамику: сосуды, плитки пола с желтой и зеленой глазурью, колечки от счетов, шарики, погремушки. Изделия мастеров были очень разнообразны; они делали посуду, глиняные костяшки для счетов, множество игрушек, трубы, черепицу, плитки пола, изразцы.

   Мастер во всех случаях пользовался одним и тем же материалом – глиной и подчас одним и тем же керамическим горном.  Мог ли один мастер производить столь разнообразные изделия или существовала определенная специализация? В переписных книгах указываются владельцы дворов: «черепичных дел мастер», «ценинных дел мастер» и другие. Также на территории Гончарной слободы проживали горшечники, изразечники, игрушечники и черепичники, но довольно часто они совмещали те или иные производства.

       Плитки пола были первыми московскими изделиями, предназначенными для архитектурного убранства. Они были известны во многих древнерусских городах домонгольской Руси, и в Москве эта традиция получила свое продолжение по крайней мере с 14-15 веков. Поливные плитки найдены при исследованиях древних соборов Кремля, при раскопках в Коломенском и в монастырях (Богоявленском, Высокопетровском, Зачатьевском, Андрониковом).

      Другими изделиями московских гончаров стали появившиеся в конце 15 - начале 16 века крупные терракотовые плиты с рельефным орнаментом на лицевой стороне, которые использовали в убранстве архитектурных сооружений. Но уже к середине 16 века крупное производство фасадных плит, видимо прекратилось, а мастера Гончарной слободы начали осваивать секреты изготовления изразцов.

      А что же такое изразец? В самом широком смысле под этим словом можно понимать керамические плитки любого вида и назначения при условии, что их лицевая поверхность украшена, назвать так терракотовую или поливную плитку не будет ошибкой.

     Поливные изразцы, в том числе и многоцветные (так называемые ценинные) можно называть     другим термином - майолика. Происхождение слова “изразец” до сих пор не совсем ясно. Оно похоже на слово “образец” и могло обозначать определенный рисунок, орнамент (во многих диалектах русского языка слово “изразец” действительно имеет близкий смысл: “выкройка”, “образчик”).   В средневековой Европе центром производства изразцов стала Германия, оттуда они с 13 века распространились по всей Европе. По-видимому, изразцы произошли от коротких керамических труб горшковидной формы, из которых выкладывали куполообразные своды печей. Изразцы время от времени попадали и на Русь, в том числе и в Москву.

     С середины   16  века блестящую, отражающую свет поверхность архитектурной поливной керамики смогли оценить все жители города – ведь ею были украшены видимые издалека шатры собора Покрова на рву на Красной площади, а также не дошедшие до нашего времени кремлевскиепостройки.

2.2. Способы изготовления изразцов и их разновидности
    
     С начала  17 века изразцовые печи начинают упоминаться в документах, а с 1613 года сведения об изразцовых печах упоминаются в приходно-расходных книгах московских приказов. Так или иначе, к концу 16 века московская Гончарная слобода уже, видимо, имела в ассортименте своей продукции печные терракотовые изразцы. Они получили у историков 19 века название «красные» - из-за цвета обожженной глины и отсутствия поливы, которой не было на этих ранних собственно русских и московских печных изразцах.

   Рецепт изготовления красных изразцов на первый взгляд был прост. Заготавливая глину, ее складывали на открытом воздухе, где она вылеживалась- замерзала, оттаивала, мокла под дождем. Благодаря этому глина становилась пластичной, особенно после того, как ее хорошенько переминали, добавляли наполнители, в первую очередь  песок. Такую глину набивали в деревянную форму с углублениями «зеркальным» резным изображением, которую укрепляли на гончарном круге, после чего, медленно вращая круг, налепляли румпу. После того , как глина подсыхала, форму легко снимали, изразец досушивали  до окончательной усадки и обжигали в горне.  Красные изразцы господствовали в производстве Москвы более полувека, но затем их начали вытеснять более дорогие и престижные поливные ( глазурованные). Дело в том, что у красных изразцов были существенные недостатки. Побеленная известью печь с годами темнела, быстро покрывалась грязью и копотью. Приходилось повторять операцию, и слои побелки постепенно скрывали остроту чудесно вырезанных орнаментов и сюжетных рельефов.     Глазурь была в основном зеленого – «травы-муравы» цвета. Отсюда и пошло название – «мурава», а изделия стали называться «муравлеными». Сохранившиеся изразцы и документы 17 века свидетельствуют о широком распространении в Московской Руси изразцов, покрытых именно зеленой глазурью, другие цвета – коричневый и желтый – были редкостью. Зеленый  цвет создавался на основе бесцветной глазури, составной частью которой был оксид свинца, поэтому ее называли свинцовой, с добавлением красителя в виде оксида меди. Его оттенки на древнерусских изразцах могли оказаться весьма разнообразными – от ярко-зеленого до темного, почти черного. Интенсивность цвета зависела от количества оксида меди в глазури ( чем больше, тем она темнее), от размещения в том или ином месте печи ( цветовые изменения вносила даже незначительная разница температур), а также от газовой среды обжига. «Муравлеными», судя по находкам и документам того времени были, не только изразцы, но и посуда, черепица, кирпич.

      Переход к массовому производству муравленых изразцов начался с воцарением Романовых. На первых порах, после Смуты, своих местных гончаров и муравленников не хватало. Не случайно царскими грамотами 1630 и 1631 годов , гончаров собирали из Перми и Чердыни, с Белоозера и других мест.   Особо ценные ранние поливные печи клали в царских дворцах. Известно, что уже в палатах первого царя из династии Романовых Михаила Федоровича, в Московском Кремле были печи, облицованные глазурованными изразцами. Одновременно производились муравленые и ценинные (многоцветные) изделия. Иногда можно было встретить и терракотовые изразцы.

     Обычным был заказ сразу на два вида изразцов, например, ценинник Ивашка Денежка в 1683 году «по  указу великого государя уговорился сделать в хоромах государынь царевен в комнатах ,да в крестовой четыре печи ценинных круглых, да в мыленке печь ценинную же, да под теми хоромами в подклетах и в теплых сенях четыре печи зеленые…».    Сейчас трудно восстановить всю «кухню» средневекового мастера. Он был универсалом, художником и технологом в одном лице.   По «судьбам-дорогам» некоторых мастеров можно проследить «географию» изразцового дела того времени. Родившийся в Копыси Игнат Максимов, государев печник, ценинник, в 1654 году был взят в Валдайский Иверский монастырь,  где делал изразцы. С 1658 года он работал в Новоиерусалимском монастыре, «делает образцы ценинные и зеленые и печи кладет», а в 1666 году переведен в Москву в  Приказ Большого Дворца. По росписи 1668 года «живет с. В 1668 году делал царю Алексею Михайловичу «на печи образцы и образцовые кафли». А в 1673-м вместе с Полубесом выполнял заказ «ценинных образцов церковному делу» для царской резиденции в Измайлово. воим двором» в Гончарной слободе

        Стоит ли говорить, что московские мастера были лучшими; выполняя многочисленные заказы, они добирались даже до сибирских городов. Московскими изделиями украшены Солотчинский монастырь под Рязанью, храмы поволжских городов Углича, Ярославля, далекого Сольвычегорска.

      Это еще одно свидетельство того, что во второй половине 17 века в Москве складывается производство, развернутое почти в индустриальном масштабе. Размещавшееся в слободах, крупнейшими из которых были Гончарная и Мещанская, это производство стало специализированным видом ремесла – с традицией ученичества и передачи «дела» по наследству, богатым выбором изделий и широкими поставками за пределы Москвы. Для его создания в столице были все условия: давние традиции, мастера, быстро осваивавшие новые технологии, богатые заказчики.

    Так что слухи о зажиточности жителей Гончарной слободы были, возможно, не столь преувеличены. Не случайно слобода славилась обилием украшенных изразцами церквей. Об этом нам напоминает сохранившийся храм Успения   Пресвятой Богородицы в Гончарах.

   Искусство изразца было одним из самых живых, динамичных и ярких проявлений культуры 17 столетия, носившего именно московский характер и ставшего на глазах у современников символом столичной жизни.    Но декорирование керамическими деталями применялось и в более отдаленных от Москвы городах: в княжеском дворце в Угличе, церкви Воскресения в Коломне,  а также в убранстве храмов Русского Севера.

Быстрое и широкое распространение  терракотовых плит было не случайно. У изделий, изготовленных в деревянных формах, были очевидные преимущества перед дорогой и трудоемкой резьбой по белому камню. Замечательные пластические качества керамики позволяли механическим путем получать детали с любым орнаментом. Особенно ценной  в отличие от каменных архитектурных деталей, вырезаемых вручную, была возможность тиражирования, то есть многократного воспроизведения изделий  с одной формы. Характер большинства терракотовых украшений схож с московской керамикой, что может  свидетельствовать об общем в некоторых случаях происхождении.

       В 17 веке Москва постепенно стала превращаться в кирпичный город (годы Смуты были позади, спокойствие было восстановлено). Множество ее памятников оказалось связано с 17 веком, который явился временем строительства или перестройки. Деревянные храмы были заменены кирпичными, а почти во все  каменные   церковные постройки 15-16 веков внесены переделки. Не случайно в кладках, относящихся к более позднему времени, нередко находят  оставшиеся от 17 столетия части зданий, архитектурный декор, надгробия и другие элементы. Этот век возродил и интерес к изразцовому украшению.

     Одним из первых известных нам сооружений  17 столетия с изразцовым убором стала церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Медведкове,    построенная князем Д.М. Пожарским в 1634 – 1635 годах в своём родовом селе.       Ранние муравленые изразцы, применявшиеся в украшении архитектурных памятников, не имели каких-либо отличных от печных изразцов черт за редким исключением, каковым, например, является круглый изразец с двуглавым орлом из церкви Воскресения в Гончарах. Желая выделить зеленые изразцы, их вставляли в стену «на угол», и тогда статичная и спокойная форма квадрата воспринималась как более динамичный ромб.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            

      Нельзя е упомянуть о муравленых изразцах из фриза церкви Троицы в Костроме, построенной в 1650 году. Исследователи относят эти изразцы к московскому производству, так как при архиологических раскопках в Гончарной слободе были найдены аналогичные им фрагменты. Часть изразцов, уцелевших после сноса церкви в Костроме, хранится в собраниях московских музеев и поражает богатством сюжетов, исполненных с высоким художественным мастерством: своеобразными иллюстрациями к известному литературному произведению того времени «Александрии», геральдическими орлами, сказочными животными.

     Церковь Николая Чудотвотца в Столпах (Армянский переулок, построена в 1669 году) принято считать первым памятником Москвы, над изразцовым убранством которого могли работать иерусалимские мастера, переведенные в столицу в 1666 году.На стенах церкви изразцы с изображением рамки в виде восьмиконечной звезды и орнаментальным рисунком внутри нее, здесь же изразцы с изображением птиц в рамках, а также безрамочные изразцы с  сердцевидным орнаментом из стеблей с плодами и цветами.

   Очевидно, одним из первых московских заказов для новоиерусалимских  мастеров было изготовление изразцов для фриза «павлинье око», украсившего в 1670 году несколько московских церквей. Название «павлинье око» композиция, основой которой является раппорт из 18 изразцов, получила по рисунку, напоминающему узор на перьях павлина. Другое  название – «Неопалимая Купина» - связывает ее изобразительные мотивы с образом горящего и несгорающего тернового куста (купины), который явился Моисею как прообраз Богоматери. Иногда в литературе встречается  определение «рисунок репьями», поскольку так называли в то время изображение стилизованного цветка граната на привозимых в Россию итальянских тканях, действительно схожих с бутонами репейника. Орнаментальные мотивы, кочевавшие с тканями, книгами, посудой, ювелирными украшениями с Востока на Запад, использовались в творчестве, в том числе и мастеров-изразечников.    Один из вариантов «павлиньего ока» можно видеть в убранстве собора Покрова Пресвятой Богородицы в Измайлове – царской резиденции, изразцы для которой были изготовлены в 1673 году.

        Почерк государевых мастеров виден и в изразцах Мостовой башни в Измайлове, построенной в 1674 году. В композиции изразцовых вставок  Мостовой башни  обращает на себя внимание целостность коврового рисунка, достигнутая общностью характера орнамента. При этом мастерам удалось избегнуть однообразного повторения изразцов довольно простым приемом: расцветка  двух различных по рисунку изделий выполнена в двух вариантах: зеленые птицы и зеленые плоскости орнамента на белом фоне либо белые птицы и плоскостиназеленом.

            Мостовая башня была важным элементом несохранившегося многопролетного моста в Измайлове – одного из первых каменных мостов в московской архитектуре. В дворцовой описи 1687 года о мосте сообщается, что и у него «перила каменные с ростесками и с образцами ценинными».

     Красоту изразцового убранства оценил влиятельный государственный деятель, известный любитель и знаток искусств боярин Богдан Салтанович Хитрово, построивший и украсивший изразцами в 1672 году в своем имении в селе Братцеве церковь Покрова Пресвятой Богородицы. Это ему было нетрудно, ведь до 1680 года он возглавлял Оружейную палату.

      Изразцами были украшены постройки, имевшие важное общественное и градостроительное значение: церкви, колокольни, государственные учреждения. Размещаясь в их основных частях на шатрах и на барабанах глав, в наличниках окон, - изразцы оказывали влияние на весь архитектурно-художественный облик постройки. Более того, керамике зачастую отводилась решающая роль в оформлении важнейших с точки зрения символики частей храма – глав и центральных объемов.  Всего за половину столетия были выработаны замечательные собственные московские приемы, позволившие изразцу занять особое место в убранстве зданий.
2.3. Золотой век изразца.   17 столетие стало поистине золотым веком для московского изразца. Была создана московская школа «ценинного изразца», ставшая во многом общерусской, позволившей через пластику и цвет изразца довести архитектурную декоративность до совершенства.

    Конец столетия оказался временем и заката: многокрасочные сооружения стали постепенно вытесняться из городской среды. Классические черты архитектуры нового времени отвергли яркий архитектурно-декоративный изразец. А широко применявшиеся ордерные формы: карнизы, колонки и другие детали – все чаше выполнялись из белого камня. На  долгие два века изразец исчез с фасадов московских зданий, а керамическое производство полностью перешло на выпуск печных изразцов.

Серебряный век московского изразца.    На рубеже 19-20 столетий приверженность москвичей  к архитектурной керамике пережила настоящий  ренессанс, вспыхнув с новой силой. Яркие изразцы на фасадах домов (Лопатиных на Большой Никитской, Игумнова на Якиманке, вокзалах (Ярославский), музеях (Третьяковская галерея) и многих других ознаменовали в московской архитектуре наступление своеобразного  серебряного века керамики.    В 1883 году Исторический музей открыл свои залы для посетителей. К настоящему времени здесь находится одно из лучших в России собрание изразцов. Так, в 1888 году художник В.Д.Поленов передал музею набор «квадратных тонких кирпичей с рельефным узором, многие покрыты зеленой глазурью». Всего за этот год было принято на постоянное хранение 680 изразцов.

       Создаваемая коллекция вызвала интерес и у членов императорской семьи. В дневнике И.Е.Забелина (одного из создателей музея) от 11 января 1899 года есть запись о посещении музея великим князем, который «особенно был доволен разнообразием собираемых изразцов». В 1891 году после приезда в музей великой княгини историк пишет: «Великая княгиня расспросила о находках в Кремле, что замечательного. Я указал на богатство изразцов».    Кажется удивительным, что первые изразцовые печи не сохранились ни в одной из дошедших до нас древних построек Москвы. Но они имели свой «век», а точнее, не больше полувека, после чего прогорали даже самые хорошие кирпичи кладки, а еще раньше глиняные швы между ними. Поэтому печь перекладывали через двадцать – двадцать пять лет, заменяя и изразцовую облицовку.  Поэтому очевидна уникальность немногих сохранившихся в Москве многоцветных – ценинных печей. Одна из них находится в воссозданном интерьере Приказной палаты в музее «Коломенское». Она была привезена сюда в 1928 году из предназначавшейся к сносу церкви Святого Михаила в Немецкой слободе.  Такие же печи были и в палатах знаменитого дворца 17 века, заложенного в Коломенском первым царствующим Романовым – царем Михаилом Федоровичем.

О дворце написано немало, в том числе и современниками. Симеон Полоцкий (1629-1680гг.), выдающийся просветитель, книгоиздатель и первый на Руси придворный поэт,

Воспитатель царевичей Алексея и Федора Алексеевичей, в панегирических стихах назвал его восьмым чудом света:

    Седмь дивных вещей древний мир читаше,

   Осмый див – сей дом, время имать наше.

  Не только сказочная красота, но и размеры Коломенского дворца восхищали приезжавших сюда. Он состоял из множества хором и теремов, в которых проживала царская семья, объединенных в единый комплекс сенями и навесными переходами. Терема были «многоэтажными» и имели различную высоту: над подклетами располагался основной, жилой этаж, выше были возведены «чердаки» и «смотрильни». Приезжих поражали количество и высота двадцати – тридцатиметровых теремов, в которых находилось около 270 жилых комнат.

   Точно и подробно описанные в них детали интерьера воссоздают обстановку древнерусских палат с непременными печами. Так, внутри одной из царских палат можно было увидеть: « …двери столярного дела, расписаны живописным письмом, над дверьми… образ Спасов, двери на крюках железным, …изнутри скоба и крюк, закладные пробои  железные на подзорах резных луженых на красном сукне. В комнате 6 окон больших створчатых столярного дела, столбы золотые. Над средним окном корона резная золоченая, у того ж окна с лица … герб – орел двоеглавый резной, возле него два зверя крылатых резные…; столбы золоченые ж; под столбами два льва, на них золото и краска; в окна 12 окончин слюдяных; лавки с опушками, у опушки 25 репьев луженых; труба проводная ценинная, при ней камен с крышкою железную». В описаниях других помещений также встречаются: «труба проводная ценинная», «печь ценинная», «печь обращатая».  Всего к 1742 году по «Росписному списку» во дворце хранилось 40 печей и 11 проводных труб.

       В жилых комнатах дворца в Измайлове, как следует из описи, печи размещались почти в каждой из них: в передней, крестовой и комнате – «четыре печи ценинных круглых», в хоромах государыни царицы четверне – «четыре печи ценинных круглых», в хоромах государен царевен семерне –«шесть печей ценинных круглых». Под хоромами «великих государей», «государыни царицы и государен царевен» были печи «муравленые зеленые четвероугольные».( То есть, в парадных помещениях находятся многоцветные ценинные печи, а в хозяйственных помещениях – зеленые муравленые).

       Поставщиками изразцов для дворцовых печей в Коломенском и Измайлове были государевы мастера из Гончарной слободы, что подтверждается сохранившимся документом. В нем упомянуто имя ценинных дел мастера Гончарной слободы Сеньки Буткеева, которому в 1684 году заплачено  «за 1887 образцов зеленых, которые взяты взяты у него в прошлых во…годах в села Измайлово и в Коломенское на дело печей по 4 деньги на образец,… да взято у него 2072 образца ценинных по 6 денег за образец…». К старым, особенно ценинным изразцам относились чрезвычайно бережно, почти никогда сразу их не выбрасывая. Изразцовые печи, стеклянные окна… Быт состоятельных москвичей не уступал богатым европейским домам. Невольное восхищение проскальзывает в записках дипломата Августина фон Мейерберга, писавшего в 17 веке: «В Москве такое изобилие всех вещей, необходимых для жизни, удобства и роскоши, что ей нечего завитовать никакой стране  в мире, хотя бы с лучшим климатом, с плодороднейшими пашнями, обильными земными недрами или с более промышленным духом жителей». Можно считать, что одной из таких «вещей» в то время непременно была изразцовая печь, столь необходимая для жизни, удобства и роскоши».    Простота формы печи с лихвой окупалась цветом изразцов, покрывавших ее снизу доверху. Изразец придавал облику печи яркость, нарядность. Изысканный рисунок превращал облицовку в цветущий «ковер» из ковровых или раппортных изразцов. Орнамент мог располагаться на нескольких изразцах, окаймленных рамкой, создавая крупную законченную композицию. Конечно, на печах того времени не встретишь изображения херувимов, голгофского креста, Вифлеемской звезды – излюбленных мотивов архитектурных изразцов. Но это не исключало применение в печной облицовке крупных композиций, например раппортов с вазой и даже панно с птицами на фруктах и двуглавым орлом.

    Швы между изразцами не разбивали рисунка, так как их обычно прописывали суриком или красками соответствующего цвета.

    Выразительный образ древнерусской изразцовой печи вдохновлял художников и поэтов, превращаясь в их произведениях в сказочный символ прошлого. Вспомним пушкинскую сказку:

                                …И царевна очутилась

                                В светлой горнице; кругом

                                Лавки, крытые ковром,

                               Под святыми стол дубовый,

                               Печь с лежанкой изразцовой.

                               Видит девица, что тут

                               Люди добрые живут…      

      В 18 веке в столице появляются керамические заводы, где среди прочего производятся и изразцы. Основателем первого завода в Москве, производившего майолику, был А.К. Гребенщиков. История этого предприятия стала известна благодаря исследованиям замечательного знатока русской керамики А.Б. Салтыкова. К тому времени в Москве стали возникать и другие керамические заводы, выпускавшие среди прочего и изразцы. К концу 18 века изразцовые печи – это свидетельство благополучия – становится все доступнее, что было в основном заслугой отечественных производителей.

 

2.4. Вклад художников в создание изразцов.

Стоит прийти в Коломенское, чтобы увидеть камин изготовленный “первым великим керамистом”, как этого человека называли современники. “… Ибо Врубелем сделан вот этот камин.  Это – частный заказ. Для врача…”

      Для многих, как и для поэта Леонида Мартынова написавшего эти строчки, в свое время стало открытием “это другая сторона” таланта великого живописца, нашедшего себя в искусстве глины. И все-таки будет справедливо поставить рядом с именем Михаила Врубеля еще одно почти неизвестное имя непосвященным: Петр Кузьмич Ваулин. Ихз пути пересеклись в Абрамцеве.

      В 90-х годах 19 века в подмосковной усадьбе промышленника и мецената Саввы Мамонтова все чаще стали бывать русские художники. Их привлекало здесь многое, и в том числе работы в гончарной мастерской, созданный в конце 1889 – нач. 1890 сыном Саввы Ивановича Мамонтова Андреем Саввичем.      Это была уже не первая попытка объединения русских художников в своеобразное содружество любителей керамики. В 1875- 1876 годах группой русских художников, находившихся в то время в Париже, была организована Русская керамическая мастерская, участником которой были известные русские живописцы – И.Е Репин, К.А. Савицкий, В.Е. Маковский и др.

       Московские постройки, украшенные маойликовыми картинами, не всегда попадают в поле зрения вечно спешащих москвичей, что возможно вызвано значительной высотой их размещения. Видимо, из-за этого многие не осознают ценность щедро подаренных городу произведений, которыми может похвастаться не каждая мировая столица. Однако, художник не остается равнодушным к красоте в любом ее проявлении.     Невозможно не залюбоваться храмом Николы в Хамовниках. Любуeтся ею и художница Татьяна Маврина, многократно ее рисуя, показывая с разных сторон как драгоценность, как образец русского зодчества. Церковь построена в 80-х годах семнадцатого столетия, вероятно, на месте древней деревянной Никольской церкви. И вот уже больше трех веков сохраняет свой облик, свое национальное достоинство. Художница «перенесла» храм в Москву  середины 20-го века.

      Об узорочьем убранства Никольской церкви мы можем поговорить, обратившись к рисункам Татьяны Мавриной. Украшающих храм деталей не так уж много – кокошники, наличники окон, изразцовые вставки.  Чем же достигается впечатление декоративного богатства и узорности? Прежде всего красно-зелеными изразцами, отчетливо выделяющимися на белом фоне стен. Подковки кокошников не отделены от стен карнизом, а продолжают основной объем, делают его еще более стройным. Чуть пониженные полукружия алтарной части и придела как пышной юбкой окружают храм. Наличники добавляют церкви нарядности, красочности. Высокие барабаны, небольшие крупно поставленные главки, замечательные ажурные кресты – Николу в Хамовниках узнаешь всегда.  Керамикой, изготовленной на заводе “Абрамцево”, украшен фасад Третьяковской галереи с изготовленным в Бутырках по рисунку В.М. Васнецова майоликовым фризом. Законченная в 1904 году отделка ярославского вокзала из абрамцевских плиток и декоративных панно, сделанных по рисункам Ф.О. Шехтеля, великолепным образом продолжила традицию использования керамики в фасадном убранстве.
        После посещения музея в Коломенском и Измайлово меня очень увлекла тема изразцов. Вызывает уважение столь сложный процесс изготовления  (ценинных) изразцов в то время, когда промышленность была почти не развита. Каждый цвет требовал своей температуры обжига. А ведь весь обжиг и роспись изразцов делались вручную. Да и сами узоры были выполнены на высоком художественном уровне. Значит, мастер должен быть еще и художником. Побывав в домике Петра I в Коломенском, я с удивлением нашла в нем целых 3 изразцовых печи, причем, все они были разные. В музее я узнала, что в допетровское время изразцы были, в основном, с выпуклым рисунком, на них обычно изображались растительные орнаменты или райские птички. Иногда для церквей заказывали херувимов или изображения святых.

     А в эпоху царствования Петра, когда в Россию хлынуло много заграничных художественных образцов разного направления,  изразцы тоже изменились. Они стали менее рельефными или совсем гладкими, на них стали изображать сцены из жизни, иногда шуточные, фигуры людей, сказочные деревья, даже стали делать надписи или подписи под рисунками.

2.5. Использование изразцов в украшениях современных построек

   Сейчас тоже можно найти изразцы в украшении современных построек. Все хорошо знают, что станции московского метро облицованы мрамором и гранитом. А вот о том, что даже в эпоху гигантских замыслов в их оформлении использовалась керамика, почти неизвестно. Но если дотошный пассажир внимательно посмотрит на стены старых станций, он увидит… изразец. Несколько «метростроевских» изразцов, изготовленных на одном из заводов города, хранятся в музее «Коломенское».  Облик московского метро во многом определяется его декорациями, то есть витражами, мозаикой, майоликовыми панно, фарфоровыми барельефами, скульптурой, а также керамической облицовочной плиткой.    Впервые идея использовать в оформлении станций майоликовые панно воплотилась в 1935 году при создании станции «Комсомольская» (майоликовое панно «Строители метро»). Затем была построена станция «Киевская» в которой керамика применена не только в облицовке, но и в архитектурных деталях – капителях колонн и оригинальных светильниках.     Очень необычно оформлена станция метро «Таганская», где майоликовые панно с изображением воинов Советской Армии установлены на мощных столбах, поддерживающих свод посадочного зала. Такое количество художественной керамики впервые применялось в облицовке станций метрополитена.     Конечно, это уже не райские птицы, не двуглавые орлы, а, по большей части, современная времени тематика. Хотя цветочные орнаменты использовались во многих композициях. Да и цветовая гамма отличается от изразцов 17 века. Она гораздо более разнообразна, теперь подбором цветов  и разработкой декора занимаются художники. И масштабы отделки совсем другие, но, как мы видим, изразцы не изжили себя, они и сейчас встречаются нам и радуют глаз замысловатостью форм и красочностью.

      Но мало кто знает, что строительство подземки оказало неоценимую услугу и исторической науке, в том числе изучению московского изразца. Дело в том, что во время сооружения первых очередей метро у московских архитекторов появилась возможность исследовать культурный слой нашего города. По путям тоннелей метро обнаруживались старые кладбища, фундаменты неизвестных построек, высохшие колодцы и многие другие находки, раскрывавшие тайны древней столицы. Значительное количество находок составляют керамические изделия: посуда, подсвечники, курительные трубки, банки для помады. Cреди них , как следует из отчета, «внимания заслуживают изразцы, поражающие богатством красок и орнаментальных сюжетов». Это были изразцы разного времени: малую часть из них представляли ранние – красные изразцы, найденные на центральных участках трассы, а самые многочисленные и разнообразные находки относились к 17 и 18 векам.

       В 1989-1992 годах, во время археологических раскопок в Алексеевской роще на Лосином острове, были открыты белокаменные основания стен дворцовых построек и фрагменты кладок печей в охотничьем дворце царя Алексея Михайловича. Cамыми многочисленными были находки рельефных многоцветных изразцов, украшавших во второй половине 17 столетия печи и, возможно, фасад здания. Не так давно, в 2003-2004 годах, во время раскопок в районе Дьякова городища на территории музея-заповедника в Коломенском, на значительной глубине были обнаружены значительное скопление ценинных изразцов второй половины 17 века. Среди них оказались все основные изразцы печного набора – от ножки до городка.  Возможно печных изразцов в средневековой Москве было не так уж и много ввиду их дороговизны, но все же они украшали дома многих мало-мальски состоятельных москвичей.

 

3. Выполнение творческой работы

3.1. Ход работы.  Очень заинтересовал меня дворец Алексея Михайловича (отца царя Петра I). Про его красоту ходили легенды. К сожалению, он не сохранился. Он был огромный (270 комнат) со множеством печей, украшенных изразцами. Терема с куполами разной формы и по-разному украшенные; разноцветные изразцы, и кованые решетки с витиеватыми узорами; двери и окна, украшенные разноцветной слюдой. Все терема были соединены между собой. Этот дворец называли «восьмым чудом света».

          Мне захотелось тоже пофантазировать, каким был этот дворец, представить, что это я сижу в одном из теремов дворца, как будто пригласила меня одна из царевен, и сижу я у окошка, пью чай и смотрю в окошко резное. А за окошком вижу другие крыши теремов, да купола церквей, украшенные изразцами, да черепицами расписанными. Можно залюбоваться на такую красоту.        Вот я и попыталась в своей работе передать это ощущение восторга от красоты. Да и внутри терема все украшено, да расписано.

Печи ценинные с узорами замысловатыми. Цветы диковинные на них изображены. Да и само окошко украшено узором резным.     Так сидела бы, в окошко смотрела, да разговоры вела, да сама бы слушала сказки старинные, про царевичей пригожих, да царевен распрекрасных, про райских птичек, про зверей невиданных, да богатырей удалых. Не заметишь, как стемнело, звезды зажглись на небе. Звездочки, что цветочки.

Вот такую сказку захотелось изобразить мне в своей работе. А начала я с зарисовок изразцов. Понравились мне растительные узоры со сказочными цветами.

      Предварительно я выполнила несколько набросков по колористике: в первом случае я рассматривала, как меняется насыщенность цвета при добавлении воды и выбирала нужные мне цвета с определенной светлотой. В конечном итоге были выбраны цвета, которые я включила в композицию панно. Во второй таблице меня интересовало, как меняются цвета при наложении, так как я выбрала для работы легкий шелк и цвета я выбрала средние по насыщенности и светлоте.

      Потом я нарисовала маленький эскиз-набросок, где прорабатывала свою идею, размещала узоры вокруг “окна”. Цвета я старалась подобрать такие, которые использовались в изразцах. Это разные оттенки зеленого (от светло-зеленого до темно-бирюзового), терракотовый цвет, желтый, синий и голубой. Мне хотелось, чтобы моя работа была сама похожа на нарядный, сказочный изразец. Мне  очень понравился элемент рисунка «павлинье око» на изразцовом декоре Покровского собора в Измайлове. И я его включила в композицию. Сочетание кирпичного цвета с бирюзовым, желтым и белым на покровском соборе выглядит очень нарядно и сказочно, и я решила использовать такие сочетания в своем рисунке.

       Необычный цветок на изразце декора Теремного дворца мне тоже захотелось включить в эту работу. Правда я изменила цвета. Но мне необходимо было учитывать сочетания цветов в рисунке и распределение светлых и темных пятен.

     Затем, я нарисовала большой эскиз. Конечно, на большом эскизе немного поменялись пропорции. Детали рисунка необходимо было прорабатывать более тщательно, так как пространства было больше, и больше оказалось незаполненных рисунком пятен. Да и сами цвета претерпели изменения. В красках для ткани захотелось сделать больше зеленых оттенков. Так рисунок смотрится более цельно, да и в самих изразцах зеленый цвет был преобладающий (вспомним муравленые изразцы).     Но в процессе работы поняла, что ее надо дополнить горячим батиком (заливка воском с процарапыванием) так как не хватало тёмных пятен.

       Когда панно было готово, оказалось, что в работе явно видно слишком сильное преобладание зеленых оттенков. Я окрасила два куска шелка в терракотовый цвет: один кусок остался гладким, а второй я обработала мочевиной для придания фактуры и приложила к работе. Проанализировав результат, я поняла, что количество зеленых плоскостей в моей росписи уравновесилось новой каймой.    Для росписи большого панно я выбрала технику «холодный батик» с резервом, так как она выполнялась на шелковой ткани (крепдешине) и она наиболее изящная. Мне очень понравилось работать над этим панно, изучать старинные изразцы, прикоснуться к истории развития гончарного дела, к забытому ныне искусству украшения печей.

        Конечно, и сейчас можно найти изразцы в украшении церквей, в интерьерах кафе, в особняках на Рублевском шоссе и даже в украшениях квартир. Хорошо, что изразцы не исчезли, а продолжают нас радовать и поражать своей замысловатостью и красотой.

3.2. Выводы. При ближайшем знакомстве московский изразец оказался невероятно богат и многогранен. Можно было бы смириться с теми, кто утверждает, что керамика на всем пути ее развития занимала скромное место, вытесненное деревом и металлом. Это можно было бы считать бесспорным, если бы не изразцы – своеобразный «опознавательный» знак русской культуры. С особой мощью это проявилось в Москве – городе, который украсила «удивительная красота», созданная из простой глины.

    Постановка задачи – сделать текстильное панно на ткани для интерьера, передающее особенности и ощущения московского изразца - привели к необходимости глубокого изучению материала. В результате сравнительного анализа стилистики различных периодов в этом искусстве был взят за основу творческой работы изразец 17 века. Этот период характерен чистотой стиля и незначительного влияния западной культуры.

   В ходе работы я узнала много слов, названий, которые раньше были мне незнакомы. Их я привела в словаре терминов.

Словарьтерминов
Арка
- полукруглое перекрытие проемов в стене либо пролётов между двумя опорами - колоннами ,столбами и т.п.

Барельеф-вид рельефа, когда изображение выступает не более, чем наполовину своего объёма.

Барокко- стилевое направление в искусстве 14 - 18 веков, для которого характерны пластичные  формы , причудливая игра света и тени , пышность декора.

Белый камень-разновидность известняка, который использовали в строительстве для кладки стен и для изготовления декоративных элементов зданий.

Глазурь- стеклообразный сплав , которым покрывают глиняные изделия.

Глазурование- обработка керамических изделий глазурью.

Глина- каждый вид глины, кроме белой, при обжиге меняет цвет (например, зелёная становится розовой, синяя и черная – белой). Традиционно глину называют по цвету, который она получает после обжига: беложгущаяся (белый цвет), светложгущаяся (светло-серый, светло-желтый), темножгущаяся или красножгущаяся (красный, красно-коричневый, коричневый).

Горн-  печь для обжига керамики, топившаяся дровами.

Городок- изразец с фигурным силуэтом, предназначенный для завершения печи.

Затворы- широкие двери со складными полотнищами.

Изразец, кафель- керамическая плитка с румпой на тыльной стороне.

Камин- комнатная печь с открытой широкой топкой.

Керамика- изделия из глины или глиняной смеси с различными неорганическими соединениями, закрепленные обжигом.

Ковровый орнамент- орнамент, в котором нет рамки, но есть связующие элементы, позволяющие из нескольких изразцов составить непрерывный рисунок.

Кокошник- декоративная (ложная) закомара (это полукруглое украшение в верхней части наружной стены храма), иногда заостренная вверху, напоминающая женский головной убор.

Культурный слой- нанесенный за многие годы слой земли, под которым скрываются остатки сооружений, разнообразные предметы, следы деятельности человека минувших эпох.

Майолика- керамика с покрытием и росписью глазурями, от итальянского слова «maiolika», в свою очередь происходящего от названия острова Майорка, через которую в Италию на кораблях ввозили испанскую и мавританскую керамику.

Муравленный- покрытый прозрачной глазурью зеленого цвета.

Наличник- декоративное обрамление окна.

Ордер- система архитектурных форм в строгой  пропорциональной взаимосвязи.

Панно- обрамленное орнаментом либо лепной рамой часть стены со скульптурными живописными или резными изображениями.

Подворье- городской комплекс зданий, выполняюший гостиничные, торговые, хозяйственные функции и принадлежащих владельцу(например, монастырю, купцу) из другой местности.

Подклет- нижний этаж здания в русской архитектуре, незначительно возвышающихся над землей.

Полива- глазурь, которую используют для покрытия керамических изделий.

Поливная керамика- изделия из обожженной глины, покрытые глазурью.

Раппорт-(rapporter, франц.- приносить обратно) – повторяющаяся часть рисунка или узора.

Реконструкция- восстановление сохранившихся частей памятника на основе научного исследования.

Рельеф- выпуклое изображение на плоской поверхности.

Ренессанс- эпоха Возрождения в истории культуры стран западной и центральной Европы 14-16 столетия.

Реставрация- восстановление путем освобождения памятника от поздних малохудожественных изменений, искажающих произведение искусства.

Русская печь- наиболее распространенная на Руси тип печи без дымооборота.

Свод- дугообразное перекрытие потолка без подпоры.

Терем- верхний ярус хором, имеющий в отличие от чердака самостоятельные стены по периметру.

Терракота- (terracotta, итал. – обожженная земля) – керамические неглазурованные изделия.

Трапезная- столовая палата в монастыре, а также пристройка в западной части церкви.

Устье (печи) – широкое входное (топочное) отверстие.

Фаянс и фарфор- виды керамики, для изготовления которых используются огнеупорные беложгущиеся глины с различными добавками.

Фриз- декоративная полоса, идущая по верху стены.

Херувим- один из высших чинов в ангельской иерархии, изображающийся в виде человеческого лика, обрамленного шестью крыльями.

Ценинный- многоцветный изразец.

Четверик- объем, прямоугольный в плане (термин обычно относится к церковным постройкам).

Ширинка- небольшое квадратное прямоугольное углубление в стене каменного здания, окаймленное рамкой.

Эмаль-  глазурь с оловянными добавками, делающими ее непрозрачной.

Ярус- (в архитектуре) – элемент горизонтального членения, повторяющаяся часть сооружения.

 

Список литературы

 

  1.  Баранова С.И., Москва изразцовая, М., Издательство «Москвоведение», 2006г.
  2.  Шелудченко А.Г., Москва в творчестве Татьяны Мавриной, М. , Издательство «Москвоведение», 2006г.
  3.  Муравьев В., Московские слова и словечки, М. Издательство «Изограф», 1998г.
  4. Маслих С.А., Русское изразцовое искусство 15-19 веков, М., Издательство «Изобразительное искусство», 1976г.


Используются технологии uCoz